• Введение санкционных ограничений в различных областях общественных отношений является мерой политического воздействия.
• Международные договоры в сфере интеллектуальной собственности не содержат положений о санкционных ограничениях по политическим основаниям.
• Соглашение ТРИПС содержит запрет на меры, опосредующие скрытые ограничения торговли.
• В контексте санкционных ограничений в 2022 году обсуждались возможности осуществления параллельного импорта для обеспечения российских потребителей товарами.
• Введение параллельного импорта может быть оправданным в контексте защиты интересов отечественных потребителей продукции иностранных компаний.
• Региональный принцип исчерпания прав на товарные знаки видится разумным и экономически обоснованным шагом для развития региональной конкуренции и повышения доступности товаров на региональных рынках.
• Введение смешанной системы исчерпания прав на товарный знак может быть эффективным решением для разрешения параллельного импорта на те категории товаров, разница в цене на которые достигает наибольших значений.
• Развитие электронной торговли в ЕАЭС может способствовать систематизации процессов параллельного импорта и эффективной реализации регионального принципа исчерпания прав.
Предлагаем Вам пройти дополнительное профессиональное обучение и ознакомиться с иными материалами по теме "Санкции". Также мы разрабатываем образовательные программы на заказ.
Введение санкционных ограничений в самых различных областях общественных отношений как мера политического воздействия получило широкое распространение в современном мире и не обходится без правовых коллизий, возможных рестрикций и в области интеллектуальной собственности.
Здесь можно констатировать ограничения интеллектуальных прав иностранных правообладателей и заявителей (истребующих охрану в той или иной юрисдикции) по принципу принадлежности к тому или иному государству; различного рода ограничения, связанные с распространением результатов интеллектуальной собственности или товаров, в которых выражены такие результаты или приравненные к ним средства индивидуализации; ограничения и во взаимодействии между государственными ведомствами, осуществляющими деятельность в сфере охраны интеллектуальной собственности.
Международные договоры в сфере охраны интеллектуальной собственности не содержат положений, которые бы регламентировали именно санкционные ограничения по политическим основаниям тех или иных интеллектуальных прав. Напротив, усиливая взаимодействие между государствами в сфере охраны прав на различные объекты интеллектуальной собственности, сближая правовые системы и устанавливая минимальные стандарты правовой охраны объектов интеллектуальной собственности, практически все международные договоры в сфере охраны интеллектуальной собственности устанавливают национальный режим охраны, а Соглашение ТРИПС еще и режим наибольшего благоприятствования.
Именно в силу этого режима Россия, например, может эффективно использовать право ВТО и механизмы разрешения споров в Органе по разрешению споров ВТО (он так и называется), если интеллектуальные права российских субъектов будут нарушаться, а при этом субъектам из других стран будет предоставляться наиболее благоприятный режим.
Соглашение ТРИПС, продвигая идеи свободной торговли и охраны интеллектуальной собственности для целей свободной торговли, и вовсе содержит запрет на меры, опосредующие скрытые ограничения торговли. Говоря об авторских и смежных правах, Соглашение ТРИПС обязывает государства-участники Соглашения (члены ВТО) сводить ограничения или изъятия в отношении исключительных прав до некоторых особых случаев, которые не вступают в противоречие с обычным использованием произведения и необоснованно не ущемляют законные интересы правообладателя (ст. 13).
В контексте санкционных ограничений в отношении РФ, принятых в 2022 г., а также приостановления деятельности в РФ ряда иностранных компаний стали обсуждаться траектории введения в законодательство возможности осуществления параллельного импорта в целях обеспечения российских потребителей товарами, которые перестали быть доступными на рынке страны.
Так, согласно п. 13 ст. 18 Федерального закона от 08.03.2022 № 46-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» Правительство РФ получило право ограничивать действие положений ГК РФ о защите исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности, выраженные в определенных товарах (группах товаров), и средства индивидуализации, которыми такие товары маркированы по перечню товаров, утверждаемому Правительством РФ.
Федеральный закон от 28.06.2022 № 213-ФЗ «О внесении изменения в статью 18 Федерального закона № 46-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» предусматривает дополнение вышеуказанной ст. 18 частью третьей, согласно которой не является нарушением исключительного права на результаты интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации использование результатов интеллектуальной деятельности, выраженных в товарах (группах товаров), перечень которых устанавливается в соответствии с пунктом 13 части 1 настоящей статьи, а также средств индивидуализации, которыми такие товары маркированы1.
Был принят и ряд подзаконных нормативных актов:
Постановление Правительства РФ от 29.03.2022 № 506 "О товарах (группах товаров), в отношении которых не могут применяться отдельные положения Гражданского кодекса Российской Федерации о защите исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности, выраженные в таких товарах, и средства индивидуализации, которыми такие товары маркированы". ПП № 506 Устанавливает, что Минпромторг России по предложениям ФОИВ утверждает перечень товаров (групп товаров), в отношении которых не применяются положения пп. 6 ст. 1359 и ст. 1487 ГК РФ при условии введения указанных товаров (групп товаров) в оборот за пределами территории РФ правообладателями (патентообладателями), а также с их согласия.
7 мая 2022 г. вступил в силу Приказ Министерства промышленности и торговли Российской Федерации от 19.04.2022 № 1532 "Об утверждении перечня товаров (групп товаров), в отношении которых не применяются положения пункта 6 статьи 1359 (действия, не являющие нарушением исключительного права на изобретение, полезную модель, промышленный образец) и статьи 1487 Гражданского кодекса Российской Федерации при условии введения указанных товаров (групп товаров) в оборот за пределами территории Российской Федерации правообладателями (патентообладателями), а также с их согласия".
В большинстве государств точечный формат введения международного принципа исчерпания прав не практикуется, международный принцип исчерпания прав, если вводится, то применительно к конкретным объектам ИС (ТЗ, патентуемые объекты, в некоторых случаях объекты АП), но ко всей номенклатуре товаров.
В этом точечном подходе, в перечне не учтены конкретные товарные знаки, в том числе графические товарные знаки, что может повлечь проблемы, связанные с обжалованием такого параллельного импорта по тем же классическим основаниям правообладателями графических или комбинированных ТЗ. В таких ситуациях возможны затруднения в обосновании возможности параллельного импорта с помощью перечня.
Говоря о формате введения перечня, стоит отметить, что проблематика параллельного импорта и возможность перехода на международный принцип исчерпания прав, прежде всего, применительно к товарным знакам обсуждалась в РФ и ранее в контексте свободы торговли. Введение перечня конкретных товаров, допустимых к параллельному импорту на первый взгляд выглядит нелогичным, поскольку дискриминирует тех или иных правообладателей или как минимум должно вводиться как ответная ограничительная мера в контексте реторсии и соответствующих положений ст. 1194 ГК РФ. При этом сам по себе параллельный импорт в международном формате и его легализация в контексте свободы торговли и повышения международной конкуренции производителей товаров не представляется возможным назвать ограничением, поскольку речь в параллельном импорте идет и должна идти о товарах, правомерно введенных в оборот правообладателем единожды в мире (а не о контрафактных, поддельных товарах). Но в то же время, по заявлениям Минпромторга России: «Одним из принципов формирования перечня стала защита интересов отечественных потребителей продукции тех иностранных компаний, которые покинули российский рынок в условиях введенного "недружественными" странами санкционного режима"2. В этом контексте такой подход к точечной легализации параллельного импорта для целей обеспечения потребителей недостающими товарами выглядит оправданным.
При этом, как представляется, в такой ситуации сохраняются риски блокирования эффективного параллельного импорта товаров правообладателями в тех странах, из которых планируется импортировать соответствующие товары. а также риски функционирования и обслуживания соответствующих товаров в России. Речь может идти о «самосанкциях», - ограничительных или отказных мерах, инициативно введенных отдельными компаниями по отношению к российским субъектам, российском рынку, различных затруднениях (нарушенные логистика, цепочки поставок, отсутствие прежних возможностей страхования и др.), запретах продажи товаров для экспорта на российский рынок (запрет на ввоз товаров в конкретную страну может быть реализован как обязательное условие первоначальных дистрибьютерских договоров, договоров поставки, как положение о заверениях и гарантиях, заверениях об обстоятельствах и др.), а также о приостановлении обслуживания, сервисных программ, ограничении возможности активации3 и использования товаров в России. Применительно к целому ряду товаров такие действия могут быть критичными и блокирующими возможность эффективно использовать ввезенный посредством параллельного импорта товар. Решением обозначенных проблем видится применение механизмов санкционных оговорок4, антисанкционных оговорок5, положений о возмещении потерь, использование возможностей ЕАЭС в контексте единого рынка ЕАЭС, а также инструментов ВТО, опосредующих свободу торговли.
Здесь необ